Загрузка...
]]> 
Примерно 5 лет мы, поклонники синтпопа и смежных жанров, не слышали ровным счётом ничего от немецкого дуэта «T.O.Y.». Хотя всё ещё без труда вспоминаются синти-баллада «The Sky Is The Limit» с вокалом Штэффена Кета, а также такие хитовые композиции, как «White Lights», «Charisma She Said», «Just You And Me». После выпуска в 2004 году макси-сингла «Fairytale» на знаменитом американском лэйбле «A Different Drum» группа взяла долгосрочный творческий перерыв и, казалось, фактически канула в лету. Тем неожиданнее был их недавний приезд в Минск. Во время которого и состоялась наша беседа.
Мы сидим в уютном ресторанчике на втором этаже бильярдного клуба «Классик». Напротив меня — участники немецкой синтпоп-группы «T.O.Y.»: вокалист Фолькер Лютц и клавишник Оливер Таранчевски. Неподалёку находится барабанщик Лео, он присоединится позже. Накануне, 8 мая, группа отыграла концерт на вечеринке в минском клубе «Африка», посвящённой традиционному для всех фэнов «Depeche Mode» отмечанию дня рождения Дэйва Гэана.
DM: Привет, Фолькер и Оливер!
Фолькер: Привет!
Это ваш первый визит в Минск?
Оли: Да.
Как вам здесь нравится? Поделитесь своими впечатлениями! Как прошёл вчерашний концерт?
Фолькер: Мы просто счастливы быть здесь. Красивый город, чудесные люди, прекрасные девушки! Мы не ожидали такого, всё просто отлично. И нам очень понравился вчерашний концерт, в том числе аудитория, само шоу и афтепати. Было не так много людей, как ожидал промоутер — я не знаю причины этого. Возможно, потому что «T.O.Y.» не так известны, или люди пошли на другую вечеринку. Но концерт прошёл на «ура», и нам доставил удовольствие!
Лично от себя хочу поблагодарить вас за исполнение вживую моих любимых песен — это «Dream With Me», «Fairytale» и «White Lights»!
Фолькер: OK!
Самый волнующий вопрос касается, конечно, вашего следующего альбома. На какой стадии сейчас работа над ним и когда вы его выпустите?
Фолькер: Предварительная работа практически закончена. Готово тринадцать песен. Мы кое-где переписываем строчки — меняем некоторые слова и вокальные линии. Но программинг готов и песни написаны. Сейчас мы планируем записать и смикшировать их в студии. Думаю, это займёт два-три месяца, и диск будет полностью готов для релиза осенью. На данный момент у нас нет контракта, и мы ищем рекорд-компанию, но вначале надо завершить альбом. Затем мы разошлём демо или полную альбомную версию звукозаписывающим компаниям, и потом решим, с какой из них свяжем свою судьбу. Многие уже предлагают нам заключить контракт, но мы пока не определились в своём выборе. Сначала закончим с альбомом, а потом решим.
Вы планируете сотрудничество с какими-нибудь музыкантами или продюсерами?
Фолькер: Я планирую поработать с двумя весьма известными певцами. Хочу привлечь их к сотрудничеству на новом альбоме. Возможно, это произойдёт не на самом диске, а только в его поддержку или для специального сингла... Посмотрим! Пока что я не хочу произносить никаких имён, чтобы не сглазить. Могу сказать одно: есть два известных артиста, с которыми «T.O.Y.», возможно, поработают.
«I Hear You Calling» и «True Lovers», ваши новые песни, обладают всеми необходимыми качествами, чтобы привлечь внимание любителей электропопа: динамичный ритм, запоминающиеся мелодии, красивый вокал! Вы продолжите эти традиции на новом релизе или поэкспериментируете?
Фолькер: На диске не будет экспериментов, но четыре-пять песен нового альбома будут более... как бы это сказать...
Оли: Мэйнстримовыми?
Фолькер: Нет, не мэйнстримовыми, и не коммерческими. Мэйнстрим — это то, что играют на всех радиостанциях в мире. Это всё ещё синт-поп, но с акустическими гитарами. На новом альбоме «T.O.Y.» будут просто фантастические песни, хотя и не совсем характерные для группы. «I Hear You Calling» и «True Lovers» — типичны для нашего саунда, это то, что люди ожидают от нас. Но будут и другие треки, в стиле ближе к... «Pet Shop Boys» и «Erasure».
Или такие, как радио-версия песни «Fairytale», которая, как мне кажется, была вполне коммерческой?
Фолькер: Именно поэтому мы и назвали её «радио-версия». Радиостанции не будут играть некоммерческую музыку.
Ваша студийная деятельность замерла на 5 лет. И теперь, я надеюсь, «T.O.Y.» возвращаются! Что изменилось за эти годы для вас как музыкантов?
Фолькер: Мы куда больше расслаблены. Раньше нам приносила деньги музыка, сейчас — обычная работа. Мы получаем ежемесячную зарплату, и нам не нужно постоянно играть концерты и каждый год выпускать по альбому. Вот почему потребовалось столько времени для выпуска нового полноформатника. Мы не торопимся, и если записали песню, берём паузу по меньшей мере в месяц. Выпускать компакт-диски не имеет смысла. Никто их не покупает, все качают из Интернета и обмениваются друг с другом. По большому счёту, музыка отнимает наше время и финансы. Студия, инструменты — всё это стоит немалых денег, и мы их не получаем обратно. Но мы хотим осчастливить наших поклонников и в любом случае запишем и выпустим альбом. И обязательно исполним новые песни на концертах, с которыми, надеюсь, снова побываем в Минске, Москве и вообще по всему миру.
Давайте перенесёмся назад во времени. К тому моменту, когда Фолькер и Торстен познакомились и решили вместе заниматься музыкой. Почему вначале вы обратились не к синти-попу, а мрачному EBM и индастриалу? Я имею в виду, конечно, ваш предыдущий проект «Evil’s Toy».
Фолькер: Когда мы только начали заниматься музыкой, то слушали тогда группы вроде «Skinny Puppy», «Front 242», «Leaether Strip», «Front Line Assembly»... И мы пытались копировать их стиль. Таким образом, «Evil’s Toy» был чем-то вроде гремучей смеси из вышеперечисленных исполнителей.
После семи полновесных альбомов как «Evil’s Toy» вы решили сменить музыкальное направление и обратились к синтпопу. Что стало мотивацией или, возможно, вдохновением для такого шага?
Фолькер: Это была просто музыкальная эволюция. Мы не хотели, чтобы каждый последующий альбом копировал предыдущий. И вы можете услышать разницу, как говорится, невооружённым ухом, если сравните первый альбом и упомянутый вами седьмой.
Оли: Нет, шестой. Было шесть альбомов.
Фолькер: OK, шесть альбомов «Evil’s Toy» демонстрируют эволюцию, постепенные стилистические изменения. Первый альбом «T.O.Y.», «Space Radio», должен был выйти ещё под вывеской «Evil’s Toy», но звучал уже совсем по-другому. Вот почему мы решили изменить название группы. В ней больше не осталось «зла» («evil»).
Вам надо было поменять название ещё на альбоме «Silvertears» — по сравнению с творчеством «Evil’s Toy» это светлая синти-музыка!
Фолькер: Пожалуй, да, он в большей степени «T.O.Y.», чем «Evil’s Toy», хотя и на нём есть песни пожёстче, вроде «Causing Riots»... Мы всегда на концертах играем треки с альбома «Silvertears». И даже хиты периода «Evil’s Toy» — такие, как «Lucifer’s Garden». Вчера мы выступали один час, а если концерт длится дольше, то мы обязательно включаем в плей-лист старые песни, как «Transparent Frequencies» или «Back On Earth», которые всегда просит исполнить публика. Но это бывает только когда время позволяет, когда мы играем полноценное шоу длительностью не менее полутора часов.
[К нашей беседе присоединяется ударник Лео — здесь и далее примечания Dr. Morozov’a]
Привет, Лео! Приятно познакомиться!
Лео: Привет!
Расскажи о своём опыте сотрудничества с «T.O.Y.».
Лео: Я впервые встретил Фолькера и Оли пять лет назад. Тогда я играл в группе «Oomph!», и на теперешний момент я в ней уже пятнадцать или шестнадцать лет. Сначала был разговор с техником из «T.O.Y.», он интересовался ударником для живых концертов. Группа только что сменила название с «Evil’s Toy», а также и стилистику. А я ведь люблю поп и танцевальную музыку. Мне нравится «Depeche Mode», «Erasure» и различный синтпоп. Ещё с первой половины восьмидесятых я всё это слушаю. Я сказал: мне это интересно. И раз уж я музыкант, то занимаюсь музыкой ради денег...
Другие: ...и секса! (смех)
Лео: (смеётся) Короче, парни оказались классные! Я послушал их музыку, и мне она закатила. Мне нравится для них барабанить. Вот уже пять лет я живой ударник для этих... безумных синтипопперов! (смеются)
Ты только на концертах работаешь, или принимаешь участие в записи нового альбома «T.O.Y.»?
Лео: Пока нет. Но надеюсь поучаствовать.
Фолькер: Я бы хотел затащить Лео в студию, но вот уже четыре года как я перевёз все вещи обратно в свою квартиру. Так что записывать там живые барабаны было нереально. Сейчас мы опять переезжаем в студию, и вполне может статься, что для записи диска понадобятся не электронные, а живые ударные.
Лео, спасибо за твою игру вчера вечером! Это было так энергично, и просто клёво!
Лео: Спасибо! Мне понравилось играть для такой отзывчивой аудитории!
Расскажите об источниках вдохновения для творчества. Песни чаще рождаются, когда у вас настроение упадническое или когда хорошее?
Оли: Да по-разному бывает. Иногда ты просто сидишь и ни о чём не думаешь. И вдруг тебе на ум приходит словосочетание, или фраза, или целая рифма. Думаешь: ага, круто. Записываешь, это работает и готово для песни. Такое случается в разной обстановке, вне зависимости от настроения.
Возможно, на вашу музыку влияет кино и вообще «странное современное искусство» [«Strange Modern Art» — название одной из песен T.O.Y.]. Какие фильмы произвели на вас большое впечатление?
Оли: Если ты имеешь в виду — для написания песни, то в основном научная фантастика, scifi-классика вроде «Чужих» или «Бегущего по лезвию бритвы».
Не только в качестве вдохновения для песен.
Лео: Мне нравятся странные фильмы. Я люблю, когда есть не просто картинка на экране, а пища для ума. Знаете «Забавные игры»?
Да, жуткий фильм.
Лео: Это самый страшный фильм, который я когда-либо видел. Когда кино производит переворот в твоей голове и заставляет задуматься, это мне по душе. Нравится творчество Дэвида Линча и Дэвида Кроненберга. Иногда оно находит отражение и в музыке — пусть хотя бы и в барабанных сбивках.
Фолькер, а ты какое искусство предпочитаешь?
Фолькер: Очень простое. Что-нибудь многоцветное и с несложной структурой. Что до кино, то смотрю я то же, что и дети. [говорит что-то по-немецки]. Мне нравятся типичные колледж-фильмы
Наверное, и «Клуб „Завтрак“»?
Фолькер: Да, этот фильм люблю! Вот в таком духе кино.
Оли: Всё очень индивидуально. К примеру, мне нравится читать. Кстати, последний роман, который я прочёл, принадлежит перу российского автора. На обложке было написано, что он очень популярен у себя на родине. Не помню его имя, но книга была о дневном и ночном дозоре.
Сергей Лукьяненко?
Оли: Да.
Немецкая синтпоп-сцена хорошо известна во всём мире. Как она себя чувствует сейчас, во времена глобального экономического кризиса?
Оли: По большому счёту нам всё равно. У каждого из нас есть работа и обычная жизнь. Прошли времена, когда нам надо было выпускать музыку, чтобы заработать деньги. «T.O.Y.» больше не является проектом, от которого мы зависим в финансовом плане.
Фолькер: Для исполнителей настали тяжёлые времена. В музыку не приходят с основной целью зарабатывания денег. Но когда ты серьёзно вкладываешься, то неплохо чувствовать какую-никакую отдачу. Моя студия стоит пятьдесят тысяч марок, это немалые деньги, которые я вряд ли снова получу. Если бы мы занялись коммерцией, то обратились бы, наверное, к чисто танцевальной музыке. Но мы решили играть индастриал, затем синт-поп, и это просто потому, что мы любим эту музыку.
Какой-то посетитель вчерашней
Фолькер: Их немало, это и «De/Vision», и «And One», и Дэниел Майер (Daniel Myer) со своими проектами — в первую очередь «Haujobb»... Вся сцена — одна большая семья. Некоторые группы нам не нравятся, с некоторыми мы никогда не пересекались, но в основном все настроены дружелюбно. А о чём была первая часть вопроса?
Можете себя с кем-нибудь сравнить?
Фолькер: «T.O.Y.» — это «T.O.Y.». Как «De/Vision» — это «De/Vision», а «VNV Nation» — это «VNV Nation». И точка. Есть группы, как"VNV Nation«, к примеру, но таких как «T.O.Y.» нет. Не знаю, почему. Возможно, потому что мы не настолько известны, а эпигоны стараются копировать наиболее успешных. Мы любим свой стиль. И если есть хотя бы тысяча людей, которые покупают диски и поддерживают нас, чтобы концерты вроде вчерашнего происходили и впредь, — это здорово.
Какую песню вам больше всего нравится исполнять вживую?
Фолькер: Мне обычно — «Dream With Me».
Оли: «Angel» (смеётся) [возможно, шутка была насчёт творчества «Evil’s Toy»: композиции «Fallen Angel» с альбома «Illusion» или заглавного трека диска «Angels Only!»]. Нет. Какую? Возможно, «Virtual State», и ещё «The Day The World Disappeared».
Лео: Мне нравится «Dream With Me» и shuffle-песни. То есть те, где есть барабанные сбивки, shuffle, возможность импровизации. Но вообще всё интересно играть — тем более когда тебя принимают так, как вчера. В общем, мне все песни нравятся.
Фолькер: Ты всё-таки одну назови.
Лео: Тогда «Dream With Me», это мой фаворит!
У вас есть два-три видеоклипа, и самый известный из них — «Virtual State». До сих пор его иногда крутят на музыкальных телеканалах. Будут ли ещё клипы?
Оли: Не думаю. Это слишком дорого. Видеоклип к «Virtual State» стоил уйму денег. Следующий, «Dream With Me», был не настолько дорогим, но в конечном счёте это лишено смысла. Возможно, мы будем использовать проекции во время концертов. Или, в крайнем случае, поучаствуем в промо-клипе для нового альбома — если в этом будет необходимость. Это единственный вариант.
Фолькер: Для группы в нашем положении это не имеет большого смысла. Нас не крутят по радио, нас не показывают по телевидению. Если мы выпустим альбом на большом рекорд-лейбле, не исключено, что частью промо-кампании станет видеоклип. Но пока об этом рано говорить.
Что у «T.O.Y.» в ближайших планах: будете больше выступать или работать с новым материалом в студии?
Оли: Перефразируя Фолькера, единственной причиной выпуска нового альбома является возможность давать концерты. От выпуска дисков толку никакого, их всё равно скопируют и скачают. Мы зарабатываем деньги на своих дневных работах. Нам нравится путешествовать, и выступать в разных странах. Надеюсь, в поддержку нового альбома будет много концертов!
Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с обязательным размещением активной ссылки на сайт www.synthez.net.
4.06.2009, 16:18 | Просмотры: 130 |